16. Алина.

Раньше в рассказе Здесь

Наш только что выстроенный худо-бедно анонс семейной жизни: хожу в языковую школу, изучаю среду обитания, пытаюсь полюбить Алекса. Алекс ходит на работу и спешит каждый день домой к своей огромной неразделенной любви. Мы в процессе созидания очень странной семьи: Водевиль с растерзанными надеждами. В водевиле как раз не хватает следующей главы – жених уезжает на месяц в заокеанскую командировку. Дома остается безутешная соломенная вдова…

Исправлять ситуацию к нам срочно приехали родители Алекса. Что делать с невестой? Это проблема – надо решать ее всей семьей! Как же иначе? Кто позаботится об одинокой и беспомощной? Проблема так проблема!!! Оказалось, что задача совершенно и бесконечно запутанная, так как семья Алекса именно на этот месяц из года в год уезжает “зимовать” на Канары, остров Тенерифе. Как повелось у всех немцев,  они бронируют отпуск  за год вперед. -Мы не сможем быть с тобой когда ты одна, без Алекса! Но, мы будем добиваться разрешения у ведомства по делам иностранцев, чтобы они отпустили тебя, в виде исключения, с нами. В конце концов Германия или Испания – это же все Евросоюз! Ну кому будет хуже если ты полетишь с нами на Канары?

Что за вопрос! Кому вообще может быть хуже, от Канар?

Все, что я знала про Канары – то спел  Добрынин : “На Канарских островах утопает все в цветах, а Канары утопают в океане…” Именно там счастливой Марианне певец объяснился в любви. Для всех остальных советских людей Канары существовали только в песнях.

На Канары хотелось очень… Ну чем я хуже Марианны? Сначала очень хотелось, потом не очень, а потом совсем расхотелось. В конце концов, к Канарам прилагалось общество родителей Алекса. Месяц в такой компании чреват „не сошлись характерами“ с родителями жениха еще до замужества. Месяц образцового поведения, пускай и в цветочном раю. Это слишком большое испытание. Я не выдержу.

Ведомство разрешения на Канары не дало. Я облегчено вздохнула, а у семьи трагедия.

-Не переживайте, я на буду одна. Ко мне приедет подруга из Уфы, сказала я. Мы дружим с первого курса. -Она-то и будет следить чтобы я не скучала. У нее это всегда отлично получалось, добавила я вполголоса и надолго погрузилась в воспоминания.

Алина.

Мы подружились на первом курсе, первой пары, первого сентября. Я опоздала и зашла в класс после звонка. Девушка на задней парте приветливо улыбнулась и предложила место рядом. Я устроилась, наверное, излишне рядом, на целых два года. Она будет внимательно слушать, плакать вместе со мной над моими печалями, заразительно смеяться любой моей шутке. Она -идеальный друг!

Алина не скрывала, что её не интересует учеба. У Алины  любящий отец, который не жалеет средств для  ремонта старинного здания престижного факультета. Еще у Алины есть точный метод отбора людей и она всегда знает с кем и зачем дружить. Люди делятся на „лохушниц“ и полезных. Лохушницы тоже иногда бывают полезными – они пишут конспекты и дают списать на экзамене. Лохушнищы любят красивую и добрую Алину – она улыбается им, говорит приятное. -О, какая у тебя кофточка стильная! Я всегда о такой мечтала! Если надоест, дашь мне поносить? Когда очарованная девушка отходит, Алина говорит вслед: – и эта дура туда-же, ты вообще видела как она одета? Наверное взяла у своей бабушки поносить кофточку… Вот лохушница! Алина знает все престижные марки и видит лейблы раньше, чем разглядит лицо. У Алины точеная фигура и длинные пепельные волосы – она считает себя дорогим призом и рассказала всем по большому секрету, что будет беречь себя для „самого-самого“. В студенческом царстве разгула и всеобщего падения морали Алина единственный луч света. “Самого-самого” среди студентов быть не может по определению. На студенческие вечеринки Алина не ходит и от души хохочет над местными романами. -Мужчина- будущий филолог? Что со студентиками вообще может быть хорошего? Водку пить в подъезде? Свадьбу гулять в общежитии?

После, а иногда и вместо уроков мы едем в любимое кафе. Нам нравится приглушенный свет и тихая музыка. С самого утра атмосфера уютного вечера. На нас обращают внимание – мы уверены в своей неотразимости, уме, хитрости.  А мужчины, какие же они все доверчивые и одинаковые, одно и то же –  предлагают угостить шампанским, оплачивают счет, уговаривают дать телефон, приглашают на свидания. Алина говорит, что всё это не то, все слишком старые, женатые и не достаточно богатые. “Тот самый” обязательно придет, просто надо ходить в правильные места. Алина выбирает очередной ночной клуб -Может позовем с собой кого-то из лохушниц? В компании не так страшно ночью …

Я до сих не знаю почему Алина выбрала меня. Думаю, что её заинтересовали мои рассказы про Германию. Алина тоже мечтает уехать, ну, хотя бы, в Москву.  В Москве богатые и знаменитые ходят косяками, достаточно просто выйти на улицу чтобы встретить судьбу.  Я не искала “того самого”. Внимание мужчин всегда приятно,  но я не отношусь к ним серьезно. Все понарошку, все только на время. Я уеду отсюда – зачем привязываться к кому-то? Алина поставила свою дружбу и обаяние на черную лошадку – меня. Вдруг у меня что-то получится? По сути же, я  такая же лохушница, как и все вокруг. Мне далеко до гламурной красавицы, я почти не разбираюсь в моде,  безумные студенческие попойки и интрижка с симпатичным однокурсником – запросто! И еще я очень рада, что у меня есть Алина – верная, стильная, небожительница Алина, которая все понимает и так дорожит нашей дружбой. Алина прощает мне мои „плебейские слабости“, я стараюсь не замечать её потребительского отношения к людям. Меня же это, в конце концов, не касается…

Как-то, уже в разгаре зимы,  после учебы, мы опять заехали в любимое кафе. Бармен приветливо помахал нам и мы прошли за “наш” столик. Народу мало, играет музыка и дискотечный шар разбрасывает зеркальные блики. Заказали кофе. Шумная компания пьяных братков ввалилась в зал. -Ну вот, теперь они все испортят, огорчилась Алина и мы заторопились к выходу,  попросили счет. -О! Девочки, а вы куда торопитесь? Посидите с нами… -Нет, спасибо, мы уже уходим. У нас уроки не выучены, завтра экзамен, а в следующий раз обязательно… – вежливые и убедительные пай-девочки. С бандитами нельзя по-другому. “Лихие 90-е”: Бандиты  кругом, они новые хозяева жизни, никто  не  станет вмешиваться. Знакомый бармен скрылся за стойкой, немногочисленные посетители отвернулись. -Нам правда очень надо домой! -А нам правда очень хочется посидеть в компании со сливочками общества. Будете себя хорошо вести и мы разберемся с вашими экзаменами. Нас хватают за руки и тянут от выхода – сейчас посидим немного и поедем отдыхать, а хотите в сауну?

Из-за столика в темном углу вышел мужчина. -Отпустите, они со мной! Наклоняется к нам -Идите на улицу, садитесь в белую “Ауди”, скажите шоферу, что я сейчас подойду.
Мы выбежали из кафе на ходу подхватывая вещи и стараясь не слышать несущееся в след „стой, куда! ты кто такой?…“

Мужчина вышел следом – высокий, худой, молодое лицо, ранняя седина на висках. Длинное пальто нараспашку, уверенный шаг. -Настоящий кашемир, прошептала Алина на ухо.

-Я довезу вас до центральной улицы, там безопасно. В это кафе больше не ходите. Что вы там, вообще, одни делали?
Машина остановилась, мы еще раз поблагодарили. -А как зовут нашего спасителя? – обворожительно улыбнулась Алина.
-Сергей. Всего хорошего, девочки.

Мы приходили в себя несколько дней. Образ героя-спасителя полностью вытеснил пережитый страх. -Где водятся такие мужчины? Почему мы не спросили как его найти или хотя бы номер его телефона? -И что звонили бы ему как благодарные поклонницы? В трубку бы дышали? Как-же мы так растерялись? Упустили такой кадр! Ты видела какая у него машина? А водитель? А туалетная вода? …

Через неделю, когда страсти почти улеглись, на маленькой асфальтной площадке у крыльца факультета стояла белая “Ауди”. Мы с Алиной замерли на пороге. -Не может этого быть! -Ты думаешь это он? -А кто же еще? Как он нас нашел?

Из автомобиля вышел Сергей и открыл нам заднюю дверь, приглашая жестом. -Я проезжал мимо. Вы торопитесь? Я могу вас подвезти  или, может, пообедаем?

Мы в ресторане о котором никогда не слышали. Уютный ВИП-зал. Сергей расспрашивает про студенческую жизнь, кивает, смеется, про себя ни слова. Он в серой водолазке под цвет глаз, даже я понимаю, что на нем дорогой костюм. Он произносит сложные названия  вин и заказывает блюда не глядя в меню. Я подумала, что Алина, наконец, нашла своего принца. Она умело поправляет волосы, перекидывает стройные ноги и от прищуренного, с поволокой взгляда Сергею уже точно никуда не деться.

После ресторана Сергей отвез нас по домам. Сначала вышла Алина, на прощание улыбнулась – До скорой встречи! Было очень приятно!
У моего дома Сергей вышел из машины и дошел со мной до подъезда. -Я по работе часто  уезжаю. Я не поняла к чему он и удивленно жду продолжения.  -Я хотел спросить, я могу позвонить тебе в следующий раз, когда приеду? Я все еще удивленно смотрю на него. -Ты сможешь со мной встретиться? Сергей легко прикасается губами к моим пальцам и выжидательно смотрит. Я окончательно теряюсь,  краснею, покрываюсь мурашками, бормочу „конечно, конечно…“

Это был очень странный роман. Сергей пропадал и появлялся снова когда я начинала думать, что он уже забыл про меня. А он вдруг заезжал в университет, забирал меня посередине урока: -Я соскучился! На прощание Сергей провожает  до подъезда и целует руку, как в самый первый раз.  И, как в первый раз, я никак не научусь справляться со  смущением. Он постоянно меня провоцирует, но зачем? Смотрит-разглядывает,  не отводит глаз. Поправляет выбившиеся волосы. Иногда неслышно подходит со спины и берет осторожно за локоть, продолжая что-то рассказывать.  Я замираю на месте и пытаюсь сконцентрироваться на дыхании.  Интересно, ему заметно, как он на меня действует? Голова кружится, мысли путаются, голос пропадает или  дрожит и я просто киваю в ответ на его вопросы. Я стараюсь ничем себя не выдать. И  он ничего не замечает, отходит на безопасное расстояние и как ни в чем не бывало, продолжает разговор. Я понимаю, что это какая-то игра. Но во что мы играем?

Через несколько месяцев после нашего знакомства, Сергей привез меня в загородный коттедж и провел  к сервированному столу. Я развернулась и вышла из комнаты.  – Где здесь спальня? Я не могу больше. Я выдохнула и взяла его за обе руки. -Ты растишь во мне сексуального маньяка? Сергей засмеялся и  притянул к себе. Он медленно целует в губы, не моргая смотрит в глаза, подчиняя себе, подчиняя своему сбивающемуся дыханию. Какой же он уверенный и опытный, пробегают в голове ничего не значащие мысли.  Он так не похож на других, на моих бывших мальчишек. Как точно я теперь понимаю, что все они  просто мальчишки – жадные голодные нетерпеливые. И я тоже такая и не умею и не знаю, что этой сильной сокрушительной энергией можно управлять.  Еще как можно! Можно наслаждаться медленно, чувствуя и растягивая каждое движение до изнеможения, до стона. Стон невозможно сдерживать и я кричу, чтобы освободиться от этой перекипающей, разрушительной силы волны. Я узнаю себя, по новому открываю мир и как будто впервые знакомлюсь со своим телом. Новое чувство не похоже на любовь, это скорее, наркотик. Он – мой личный наркотик. А наркоманы  не умеют останавливаться. Вот уже почти год я живу в мире, имеющим смысл только при очередной дозе. Есть жизнь и есть наркотик о котором думаешь, когда просыпаешься, когда засыпаешь, когда ешь, куда-то идешь,  общаешься с друзьями. -Ты что, спишь что-ли?- Алина трясет меня за руку  -Так как ты думаешь, этот фонетист правда такой бабник? Алина подкрашивает губы, хищно улыбается своему отражению в маленькое зеркальце и размышляет о  сдаче экзамена и зависит ли оценка от длины юбки. Я вяло поддерживаю разговор про юбки и предстоящую сессию.

Конечно-же, Алина, самая близкая подруга и поверенная во все подробности моего романа. Сергей к тому времени ей давно разонравился -Он совсем не в моем вкусе и к тому же старый. Сколько ему? лет 30 или может все 35? Вот увидишь, у него наверняка есть лохушница жена и семеро детей. Куда он так часто уезжает? Ты что о нем вообще знаешь?  Мы пьем кофе и мне нечего возразить. У меня глаза голодной кошки. Мне все равно кто он и сколько у него детей и жен.  Я говорю Алине: -А разве это важно? Я же не собираюсь за него замуж. Мне пока очень хорошо с ним. Потом, кто знает что будет потом? Ты не понимаешь, меня трясет от одной только мысли о нем. Так же не может быть всегда?  -Ну да, ну да, понимаю, ты просто влюбилась и как все влюбленные сразу стала дурой. Алина сердито передергивает плечом. – Мы, ведь, так и не знаем почему нас тогда отпустили бандиты. Кто он такой? Скорее всего тоже бандит. Нашла в кого влюбиться…

Я точно знаю, что не влюбилась, но не пытаюсь переубедить Алину. Как объяснить тому, кто не знает про наркотик? А про то, что он, возможно бандит… Ну и что. По большому счету это тоже не играет роли. Да, мне немного не по себе от нашей связи. Он главный, он решает за нас обоих, он знает про меня все. А что известно мне? Он нехотя отвечает про какой-то бизнес и часто летает на Север. -Почему нас тогда отпустили? Ты тоже бандит? – спрашиваю я. – А кто сейчас не бандит?, Сергей прищуривается и видно, что он не настроен говорить серьезно. Он гладит меня по спине и я отвлекаюсь на прошедшую по телу волну. Дальше говорить на эту тему мы оба не хотим. Потом я задаю ему более важный вопрос. -Я никогда не знаю когда мне ждать тебя и ждать ли  вообще. -Я приеду и ты сразу об этом узнаешь, говорил он смеясь. Съемные квартиры, отели, загородные коттеджи. Может быть у него, действительно, где-то есть семья. -Не забивай себе голову. У меня никого нет кроме тебя. Разве ты еще не научилась это чувствовать? – Сергей смотрит на меня с наигранной досадой. -Иди ко мне! говорит он хрипло. -Скажи, что ты не чувствуешь как я по тебе скучаю? Он притягивает меня к себе и мне передаётся его  желание. Он прав – я знаю, как он соскучился,  но  все равно говорю: -Не знаю, я ничего про тебя не знаю…Я замечаю, что опять расстегиваю только что тщательно заправленную рубашку, облизываю пересохшие губы, прижимаюсь к нему. Он перехватывает мою руку и говорит неожиданно резко -Ты, главное, учись и не занимайся глупостями. Пообещай не ходить с этой своей подругой по злачным местам. Ты же знаешь, я все равно все узнаю.

И узнал. Один из затянувшихся даже для Сергея отъездов. Я уже давно начала общаться с друзьями и выходить на вечеринки. Первая стадия – ожидание, когда приедет Сергей, быстро закончилась. Мне надоело ждать. Правда, и с Алиной  ходить на поиски „самого-самого“ тоже стало скучно. Хорошо, что и она  успокоилась и стала больше общаться с „народом“. Может быть ей просто не хватало моей компании. Особенно тогда, когда приезжал Сергей. Мы стали видеться намного реже, но все равно оставались самыми близкими подругами. Ничего не предвещавшая вечеринка в гостях у однокурсницы. Давняя, еще детская и казалось почти забытая любовь. Костя. Как он там оказался?  Дальше, я сама не заметила. Все как в старом избитом сценарии: вечер-свечи-плечи… На другой день я сказала Косте: я не могу с тобой видеться. Считай, вчерашнее просто дань прошлому. -Нет, это не резко и не вдруг. У меня другой мужчина, я  жду когда он вернется.

Сергей появился через неделю и опять моя жизнь стала принадлежать  ему.  В одном из ресторанов вдруг встретили Костю. Сергей и Костя пожали друг другу руки. Я окаменела. Костя кивнул  -Привет! -Вы знакомы? -удивился Сергей. -Мы знакомы с детства, ответил Костя и улыбнулся той самой обескураживающей  улыбкой, стоившей мне теперешних нервов.

-А откуда ты знаешь Костю?, спросила я, когда Костя отошел и ко мне вернулся дар речи. Мы с его отцом как-то одним делом занимались. -Хороший мальчишка. Тоже, вроде бы, студент.

Больше про Костю разговоров не было. Через несколько дней Сергей,  заехал за мной с утра и привычно повез в университет. -Прощай, сказал он остановившись недалеко от факультета, -мы больше не увидимся.
-Как не увидимся? -удивилась я. -Не как, а почему. И знаешь почему? Я не хочу тебя больше видеть!

Сергей уехал раньше, чем я опомнилась. Я стояла на самом краю дороги, пока проезжающий мимо грузовик не привел меня в чувство длинным сердитым гудком. Невероятно глупая и жестокая шутка? Я ждала, что он сейчас вернется из-за поворота, хотя такие шутки совсем не в его стиле. Я – брошенная женщина? Меня бросили на обочине, меня не хотят больше видеть. Два противоречивых чувства – полная нереальность происходящего и подкрадывающаяся откуда-то из глубин подсознания уверенность – так все и есть, он тебя бросил, он больше не вернется. Почему? Что случилось? Он даже не захотел объяснить? Медленно и сразу по всем фронтам наступает боль или это называется отчаяние? Как же это, оказывается, невыносимо. Больно и противно  сразу везде и нигде конкретно. Разрывается душа? Или это наркоманская ломка от осознания, что дальше ничего не будет? От брошенных небрежно слов  “Я не хочу тебя больше видеть“ в горле непонятный спазм и стыдно. Боже, как стыдно.  Неужели Сергей мог так сказать? Мне?  Нет, это был чужой, незнакомый мужчина с сжатыми в полоску белыми губами. Почему же я еще чувствую его запах.. И это все? Его больше не будет? Я стою на пороге университета и жду Алину. -Ну когда же ты придешь?

-Мне надо срочно что-то делать. Как мне быть, Алина? Я знаю, что должна что-то делать. Что делают в таких случаях? Вместо лекции, мы пьём уже десятую чашку кофе.  У Алины распухший от сострадания нос и она продолжает его тереть, уговаривая меня не падать духом. -Смотри, я утащила у отца крутые сигареты. Будешь? Кури, говорят,  помогает. А он передумает, слышишь. Что за муха его укусила? Может быть у него, все же есть жена, и она его застукала? Ну не плачь, не плачь,  видишь уже и у меня  тушь потекла… Что же нам делать?

Мы так ничего и не придумали.

Через несколько недель отмечали конец зимней сессии. Решили собраться всей группой. Я тоже пошла. По инерции. Я все тогда делала по инерции.  По инерции заставляла себя веселиться. Я запретила себе думать о Сергее, уговорила себя, что так, пожалуй, даже лучше. Лучше расстаться  сейчас, чем потом. К чему этот странный роман двух одержимых людей без будущего? Расстаться мы должны были неизбежно. Думаю, что мы оба понимали это, хотя  никогда не рассуждали об этом вслух. Я как-то сказала, что после учебы думаю уехать зарубеж. Он сказал -Да, там другая жизнь. И больше мы к этой теме не возвращались.

Я научилась обходиться без наркотика. Пропала необходимость  ждать когда он не вернется. Теперь я знаю, что не вернется. Когда знаешь все намного проще. Проще. Сложнее оказалось с самооценкой. “Я больше не хочу тебя видеть!” Что произошло? Еще несколько дней назад он  раздевал меня в лифте, в его серых глазах не было дна и он хрипел, когда ключ не проворачивался в замочной скважине. И вдруг он больше не хочет меня видеть? Или у него появилась другая? Тогда почему так грубо?  Во всем должен быть смысл. Я все время прокручивала в голове и не могла понять Что произошло? Какое то время казалось, что моя жизнь теперь будет чередой мужчин, которые будут бросать меня не объясняя причин, а я, в свою очередь не смогу доверять никому из них.

Где-то в середине вечерники Алина сказала -Ой, как  жаль,  но я уже должна идти. Я обещала родителям вернуться пораньше. Алина задумчиво посмотрела на часы и встала. Мы едем всей семьей к бабушке на юбилей. Мне придется вас покинуть. Я уговаривала Алину остаться еще хотя бы на чуть-чуть. – Без тебя станет совсем тоскливо. -Ну ты же знаешь, что ради тебя я бы осталась… Видишь ли, я обещала дома и не хочу ссориться с родителями перед каникулами. Алина вызвала такси и уехала.

Я, осиротев, не нашла чем себя отвлечь и  стала послушно поднимать бокал за каждый безумный тост. Решение появилось внезапно,  в какой-то момент я четко поняла что надо делать и удивилась, что не додумалась до этого раньше. Я незаметно  покинула вечеринку и вывалилась из шумной духоты  в черный зимний вечер. Я шла по дороге, пошатываясь и спотыкаясь, мимо каких то заборов и гаражей, почти заблудилась, замерзла и заплакала от безисходности. Когда откуда-то вынурноло такси я не раздумывая села и назвала адрес.  -Я не надолго. Подождите меня, пожалуйста, здесь – попросила таксиста выходя.

Я нашла его. В съемной квартире горел свет. Он дома. Я не думала, как выгляжу и вспомнила только когда Сергей открыл дверь и молча стал рассматривать меня. Он всегда любил разглядывать меня и мне нравилось, меня заводило. Но теперь, я вдруг увидела себя его глазами.  Растрепанные, мокрые от тающего снега волосы, красное, распухшее от слез и мороза лицо, распахнутая шуба с нелепо свисающим шарфом. Убегать поздно, да и зачем? Я не для этого здесь. -Скажи  почему и я сразу уйду – постаралась сказать я без запинки. Сергей все также молча, попытался закрыть дверь. Проворная для своего состояния, я успела вставить в щель ногу. -Я же сказала, скажи только в чем дело. От  страха я начала икать.  Я не прошу тебя, быть со мной. Я просто хочу знать в чем я перед тобой виновата. Я делаю паузу, икаю и начинаю свирепеть от ненависти и жалости к  себе.  Почему ты не приглашаешь меня пройти? У тебя там кто-то есть? Я попыталась заглянуть за дверь. В дальней комнате горел приглушенный свет.

-Я же сказал, что не хочу тебя больше видеть. Уходи.

Я развернулась и пошла шатаясь вниз по лестнице. Дверь за спиной захлопнулась. Когда я дошла до последнего пролета, дверь снова открылась -Тебе было хорошо? Сергей догоняет меня и трясет -Тебе было с ним хорошо? Ведь ты была с ним? Ты была с ним!?

Я вырвалась -Пусти! С кем с ним? Ты о чем? Я уже не вытираю слезы мокрым шарфом и они катятся по подбородку, стекают теплыми каплями по шее. Сергей стоит в дымке и свет от лампочки за его спиной скрывает  выражение глаз, окружает светящимся нимбом темный контур.

-Ты спала с Костей?

Я побежала вниз по последним ступенькам.

-Ты спала с этим придурком Костей? -снова кричит Сергей и пытается поймать меня за кончики шарфа, перегнувшись через пролет перил.

-Ты ничего не знаешь и не смей меня в чем-то обвинять, закричала я в ответ и выбежала из подъезда, чуть не упав на заледеневшей ступеньке перед подъездом.

Такси стояло, там же,  где я его оставила, с включенным мотором и оглушительной музыкой, слышной даже из-за закрытых окон.   -Быстрее, мне надо быстрее – закричала я, стараясь перекричать динамики, заметив, как Сергей уже выбежал из подъезда и неуклюже машет руками пытается удержать равновесие на скользком пороге.

Костя открыл дверь и присвистнул: -Какие люди! Чем обязан? Ты себя в зеркало видела? Что случилось? Костя протянул тапки и сделал приглашающий жест -Проходи.

Я прошла в квартиру в шубе, зачем-то переодев тапки. -Костя, зачем ты это сделал?

Костя в джинсах и майке с наушниками на шее. -Я сделал что?

-Ты прекрасно знаешь о чем я.

-Представляешь, не знаю. Костя  развалился на крутящемся черном кресле – вальяжно откинулся на спинку, нога на ногу.

-Я специально приехала посмотреть тебе в глаза – сказала я совсем устало. -Я не понимаю зачем и какую цель ты преследовал. Я не думала, что ты такой….такой…мелкий, мстительный…такой…, ты же был всегда …. настоящий. Что с тобой случилось? Зачем?

-Или ты, наконец, объяснишь в чем меня обвиняют или сначала поспи, а потом продолжим этот бессмысленный разговор. Какой мстительный-мелкий-настоящий? О чем ты говоришь? Костя оттолкнулся ногой и сделал круг на своем кресле, потом еще один.

-Зачем ты рассказал Сергею про ту ночь?

Костя резко притормозил не успев закончить начатый круг  и уставился на меня  не мигая. А он все-таки очень хорош. Костя как-будто прочитал мысли и одарил меня своей неотразимой улыбкой.  -Сергей, это тот самый твой “мужчина которого жду из дальних странствий”, как я понимаю, тот с которым ты была в ресторане? Кстати, молодец, поздравляю, крутого мэна отхватила… Я зачем-то кивнула. -Так что я ему рассказал? Ты бредишь что-ли? Я его вообще знаю только через отца. Сама подумай, зачем мне идти к нему и исповедоваться? С какой целью? Откуда он вообще про нас узнал?

-Костя, узнать он мог только от тебя. Больше не от кого. Перестань дурачиться, просто скажи, зачем ты это сделал. Я очень от всего устала.

-Я тебе уже сказал, что от меня он ничего узнать не мог. Значит знал кто-то еще. Вспоминай, с кем делилась своими секретиками.

-Знали только ты и я. Ну еще Алина. Но она вообще не при чем. Она и Сергея-то толком не знает. Она моя лучшая подруга. Она бы никогда не стала…

Костя еще раз крутанулся на кресле и вернулся с телефонной трубкой в руках. Молча протянул мне. -Звони подруге. Сейчас ты у нее спросишь зачем она рассказала Сергею. Звони!

-Ты дурак что-ли? Я же говорю, она не могла. Она сейчас у бабушки. И уже поздно для звонков, в любом случае. Костя, перестань придумывать. Это не она. Я вспомнила Алину, вытирающую слезы… Она не могла! Какая глупость!

-Звони. Просто позвони и спроси.

Я набираю номер, который знаю наизусть. Длинные гудки. Потом встревоженный голос Алининой мамы. –Что случилось? Почему ты так поздно звонишь? Что-то с Алиной?

-Как с Алиной? А разве она не с вами? Вы не поехали  к бабушке?

-Ты что пьяная? К какой бабушке? Где Алина, у вас уже закончилась вечеринка?

Я положила трубку на рычаг. Костя  все понял и смотрел с жалостью в кривой ухмылке.

-Я поеду, Костя. Прости за поздний визит.

Я вымыла лицо под холодной водой и отстранила Костю

– Может останешься?

-нет, мне надо подумать…, вышла на морозный воздух.

Обжигающий, колючий ветер набросился на лицо, шарф в истерике захлестал по щекам. Я вяло удивилась: Откуда этот холод? Неужели во сне бывает колючий ветер? Я  выпила лишнего, я скоро проснусь и все будет как прежде …

—–

Я посмотрела на Алекса. Он что-то говорил и я  прослушала. -Я так рад, что твоя подруга сможет приехать.  Я завтра же сделаю приглашение для визы. Надеюсь, что успею познакомиться с Алиной до отъезда в Америку.

-Думаю, что успеешь. Она обещала вылететь сразу, как получит визу.

Продолжение

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.