24. Крокусы.

Ранее: Глава 23

Последние перед приездом Алекса дни прошли спокойно. Дни в вате, которой в детстве прокладывали  большие зазоры между оконных рам. Вата не греет и не щекочет пушистыми ворсинками. Грязная вата, в комках.

Алина  не дождалась звонка Хайнца.

Настроения нет. Желания куда-то идти и что-то менять нет. У меня путаница любовь-постель и это не про мужа, с которым свадьба. У Алины разбитое сердце, сдутые мечты остаться – очередной бесславный провал в биографии. Сидели дома, смотрели на серое небо. Серый город, тысячный кофе, плед. Пара дней до возвращения Алекса.

-Может быть Алекс познакомит меня с кем-нибудь их своих друзей? У него же, как я поняла все богатенькие и с образованием в окружении? Почему мы сразу не подумали, что это самый простой вариант?

-Нет, думаю, что тебе лучше уехать до возвращения Алекса. Мы давно не виделись и нам надо побыть вдвоем.

-Я думала, что останусь на  свадьбу.

-На мою свадьбу приглашены только самые близкие  люди.

Алина смотрит изподлобья. -Значит вот так? Решила отомстить за прошлое?

-Если бы хотела отомстить, то нашла бы возможность. И уж тем более не стала бы тебя приглашать к себе в гости. Просто все, тусовка закончилась. Мы хорошо провели время. Я тебе только это и предлагала. Нам было весело, искали тебе  мужа. У тебя нет повода на меня обижаться.

-Ладно. Я уеду. Все равно ваши эти походы по паркам и музеям совсем не мое. Вряд ли мне подойдет кто-то из друзей Алекса. Скорее всего там все такие же зануды.

-Скорее всего.

Присутствие Алины начинает изматывать.Или это серое небо? Оно везде, оно касается крыш,  проникает через окна в квартиры, отражается в глазах, шепчет чужими голосами. Серое небо заглатывается вместе с глотками воздуха,  расходится по венам. В голове одна и та же мысль: “Я ничем не лучше её. Просто она говорит, что думает, а я  пытаюсь убедить себя  в стремительно обрушившимся  счастье.  Ау, счастье, ты где? Я тебя не ощущаю!

Алина выбешивает не специально, она по-другому просто не умеет. Она все время повторяет, что рада за меня, что я живу в  достатке и Алекс такой заботливый, и несомненно  это именно то, чего я хотела и заслуживаю. Она бы “никогда, подруга уж прости за откровенность, не смогла бы жить в такой нудной атмосфере”. Алина  потягивается перед зеркалом: – Ради чего вся эта благообразная тоска? Разве мы не созданы для праздника?-Ладно, не обижайся. У тебя же другой взгляд на все это. Ты  его любишь, -Алина смотрит на меня не мигая, а я думаю, что у нее   рыбьи глаза. Они не отражают ничего, кроме этого неба и холода – почему я раньше не замечала. – а если ты его любишь, продолжают говорить  рыбьи глаза, то тогда, наверное, все по другому. Тогда у тебя все волшебно! А мне здесь скучно-скучно-скучно… Чем чаще она это повторяет, тем быстрее хочется выгнать её, растворить в тенях этого  города.  Скоро вернется Алекс и я сделаю последний и решающий шаг в своем победном марше. Я сделаю это, еще и потому что этого так не хочет Алина. Алина – использованная лакмусовая бумажка, которую снова и снова погружают в один и тот же раствор, не веря ,что вместо яркого изумрудного, розового,   представления о будущем окрасятся  коричневым цветом безисходности. Может быть собрать чемодан следует мне?

Никакой чемодан я, конечно, не собираю. Да и куда? Ради чего возвращаться? Что ждет дома? Буду рассказывать,  подперев кулачком щечку на посиделках с подружками, как я чуть не вышла замуж за любящего молодого, успешного немца с приставкой -фон- к фамилии, но потом решила, что не мое это, скучно мне было и вот, вернулась! Стану ненадолго знаменитостью – местной сумасшедшей которая красиво врет или совсем уже дура-дурища. Мысль о возвращении домой уютно ложится на серое небо  и оно перестает быть таким безнадежным. В нем появилось одно белое забавное облачко, загалдел возвращающийся из теплых стран косяк неизвестных птиц. Я никуда не поеду. Что у меня такого произошло, что я так быстро хочу сдаться?

-Ты не переживай за меня. Я уж, как-нибудь, тут поскучаю.

Я провожаю Алину и остаюсь одна. Селена узнала, что Алина уехала и сразу же примчалась. Легко угадать волнующую  тему – брат женится – великое событие.  Селена приезжает и успокаивает своей болтовней – такой детской и милой, что я не могу не улыбаться глядя на нее. Я говорю, что наверное, простыла и хочу просто лежать на диване, под пледом. -Ты не против, если я буду просто лежать? Селена учится на медицинском. Она дает советы -Тебе надо много пить, лучше всего теплого чая. У тебя есть ромашковый чай? Я заварю. Я спрашиваю как у нее учеба и что они сейчас проходят. Получается, что наши знания в медицине приблизительно одинаковы. Мои среднестатистические познания в болезнях, антибиотиках и способах лечения ее шокируют. -Откуда ты это все знаешь? Мы только недавно начали проходить про антибиотики, а ты мне рассказываешь про пенициллиновую группу и резистентные штаммы. Откуда? Ты же не училась на врача? -У нас это каждый дошкольник знает – смеюсь я. -У нас привыкли сами себя лечить и мы перепробовали все на себе. Вы то как здесь живете? За любым лекарством  к врачу за рецептом. Это же ужас. Откуда у вас столько времени и желания сидеть в очередях? Селена говорит, что к врачу идут когда уже совсем некуда деваться. От всех болезней хорошо помогает чай. Просто чай. Много чая каждый день. И еще есть же парацетамол одна или, если уже совсем плохо – две таблетки…

Мне нравится болтать с Селеной. У нас нет общих тем, а вот, гляди ка, сидит у меня на диване, кутается в мой плед и мы пьем чай как две подружки. Селена опять начинает о свадьбе, а я перебиваю ее. -Давай сейчас не будем? Мне не хочется сейчас. Может быть посмотрим вместе какой-нибудь фильм?

Мне надо думать-думать как строить свою жизнь. Как быть с Алексом? После того, что я случайно выяснила. После того, что он оказывается способен незаметно, думая что я никогда не узнаю читать мои письма. Звонить Франку. Черт побери, он взял и позвонил Франку. Алекс противен мне. И Франк тоже. А какое может  быть будущее с Игорем? Он прав. Секс на коробках из под пиццы и жизнь перекати-поле … Ухоженные ленивые и безвольные сучки не могут так жить. Он сто раз прав. Одна таблетка парацетамола.

Я опять задаюсь вопросом что было бы если бы я прочитала письма Франка? Что было бы, если бы Алекс не позвонил ему и не запретил меня искать? И сама себя отвечаю – да ничего! Ничего не было бы просто потому, что не бывает так. Алекс позвонил,  Франк согласился. Конец беседы, конец истории. Две таблетки парацетамола.

Алекс приехал. Все такой же сияюще-свежий. Пышет румянцем, радостью, восторгом от встречи. Мне показалось или одновременно пропало серое небо? Алекс говорит, что в Калифорнии цветет миндаль. Я не знаю как цвете миндаль, но кажется Алекс украл у цветущего миндаля солнце и краски. Голубоглазый, в  голубом кашемировом джемпере и  бордовом пальто до колен.  Он картинка – счастливый бюргер возвращается в лоно родного дома. Я твержу про себя мантру “вернулся мой жених. Я рада увидеть его после долгой разлуки. Я  любезна и мила. Я прямо сейчас скажу ему, что соскучилась и брошусь ему на шею. Я сделаю это. Я действительно соскучилась. По солнцу.”

Бывает всякая приворотная магия, но, наверное, бывает и магия наоборот. Отворотная? Где и когда я напилась этой дряни? Что со мной?

Встречаю Алекса  на пороге и не сумев как нужно обнять,  ухожу скорее на кухню. -Проходи, переодевайся,  сейчас будем пить чай – говорю наигранно бодро.

И все. И как будто не было долгой разлуки. Алекс сидит на своем месте, мажет мармелад на растекающийся Brie и рассказывает, рассказывает, рассказывает. Я, как обычно, слушаю в пол-уха и думаю, что надо что-то, наверное, делать. Может быть надо поговорить с ним о письмах? Стоит ли сразу затевать ссору. А пока просто слушаю и уже точно знаю, что пройдет еще какое-то время и мы оба пожалеем, что однажды встретились.

Заканчивается февраль. Холодно, но уже видно первые признаки весны. Маленькие набухающие почки. Это невероятно – так рано. Я не успела поудивляться, вволю нарадоваться почкам, как за какой-то миг вчера еще не было, а сегодня уже везде белые, синие, фиолетовые  цветы. Цветы на голой земле. Я с утра выносила мусор и увидела эти цветы на полянке внутреннего двора – возле мусорных баков. Пришла и сказала Алексу, что помойка начала цвести. Какие крупные подснежники.  Это не подснежники. Алекс говорит, что это крокусы. А я впервые вижу крокусы. Значит весна, весна  и крокусы. Какое прекрасное время для любви и надежд. -Вот такие вот крокусы, думаю я и  хочу заплакать. -Крокусы – хренокусы!

Вслед за крокусами, в одна весеннее утро появился Игорь. Я думала, что это Алекс забыл что-то, уходя на работу и вернулся. -Неужели лень достать ключи! Открыла дверь в одной пижаме. На пороге Игорь.

-Я же обещал, что найду тебя сразу как прилечу.

У него в руках чемодан. Он отталкивает меня и проходит в квартиру.

-Ты слишком долго удивляешься. Я устал с дороги и там, кивает на входную дверь, еще знаешь, не жарко..

Мы опять оказываемся  на полу. Почему-то никому не интересно, что  вдруг действительно вернется Алекс, который ушел всего несколько минут назад.  Я даже успеваю подумать -Пускай он сейчас придет и все сразу закончится. Но Алекс не приходит. А Игорь сообщает, что остановится у нас. -Ты же не против? Он швыряет чемодан в угол прихожей и говорит мне – Пошли, у нас много дел!

Далее: Глава 25

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.