Женщины в одуванчиках

В моем детстве антиалкогольной пропагандой занимались родители на своем замечательном примере. Примером отрицательным служила Клава, соседка сверху. Мои родители не пили алкоголь, никогда не курили, не ссорились и не заводили романы на стороне. Да что там романы? Даже друзей не заводили.   Жили скучно, зато, правильно и за неимением плохих привычек у родителей оставалось много времени на наше воспитание, к тому же, оказалось, что приобретенный рефлекс отвращения к алкоголю, не  передается по наследству.

Мама рассказывала про свой единственный опыт с алкоголем. «Ужас и позор» до сих пор стоят перед ее глазами. Пострадали репутация, рубашка и один автомобиль Волга. Маме хватило рефлексий на всю жизнь. Чтобы вы понимали о масштабах бедствия, история мамы:

Молодая  мама имела абонемент в театр, подругу -приму из оперного, сама виртуозно играла на рояле,  сложными деепричастными оборотами со знанием английского, общалась за чаем о мироздании. Мама умеючи носила каблуки, не ленилась делать сложные прически и стрелки на веке. Считалась девушкой светской и к моменту приключившейся истории, как раз, на выданье.

Поклонник в фаворе, сын дипломата, пригласил маму на пикник. Название коктейля  «Северное Сияние» усыпил мамину бдительность и разбудил фантазию. В таком настроении, это уже и я подтверждаю, за стол садиться нельзя.  Потом мама рассказывала, что скрытый смысл названия «Северное Сияние» вовсе даже не в вполне ожидаемых разноцветных галлюцинациях, а смотри шире — целый праздничный фейерверк обрушился на удивленного молодого человека, платье, салон автомобиля и прочее, и прочее. Поклонник пытался отмыть маму шампанским, разорвал рубашку на полотенца. После стадии гусарской эйфории перешел в стадию отчаяния. Папина Волга маминого ухажера в «Северном Сиянии» – лирическая абстракция. На любителя раннего Матье. На устранение искусства в отдельно взятом автомобиле ушло полдня и остатки человеческого достоинства. Мама,  завязала с пьянством, а с горяча, заодно,  и с дипломатом, навсегда!

Папа не пьет и подробно не объясняет почему. Говорит загадками, что ему противно смотреть на «все это». Добавляет, что в офицерской молодости многое перепробовал и не нашел смысла. В папином понимании мироустройства все должно нести какой-то смысл, желательно без всяких мерзостей. Мама его горячо поддерживает. Папа является основателем не очень популярного в средней полосе  движения «незаметно вылей водку в горшок с кактусом» на банкетах. Папа один приходил на работу после корпоративов и отмечает, что это, пожалуй, единственный недостаток трезвости.

В нашей семье об алкоголе было запрещено говорить, думать, смотреть на этикетки. Выпить чуть-чуть считалось допустимым по особому случаю, один раз в году — на Новый год. Любой человек, выпивающий больше бокала шампанского, немедленно попадал под подозрение. Родители проверяли друзей на предмет пьющих родителей. Грусть в глазах или беспричинный смех считались признаками алкогольной зависимости. Лихо танцующие и поющие женщины автоматически переходили в разряд пьющих и гулящих. Теперь, когда я стала танцующей женщиной с частыми перепадами настроения, удивляюсь родительской проницательности.

Был ли шанс у меня с братом  продолжить семейную династию трезвенников? Вряд ли. Чем сильнее запрет, тем неизбежнее революция. Когда мне, в 16 лет на Новый год налили компот, а я подставила бокал для шампанского, папа сказал: «Только через мой труп» и весь бледный устроил наглядную демонстрацию на диване. Мама села к папе с валерьянкой, меня назвали юной алкоголичкой с «ой-ой» туманным будущим. С тех пор все бутылки стали хранить вместе с документами в сейфе. А у меня зародилась любовь к квестам о которых я тогда не подозревала, но теперь, когда за один час надо решить много сложных головоломок, вспоминаю детство и нет мне равных. Бар в серванте, или сейф, закрывался тройным поворотом ключа. Ключ регулярно перепрятывали, соблюдая конспирацию. При таких интересных правилах квеста любой уважающий себя человек примет вызов.

Бутылки с коньяком в сейфе были призом за успешно пройденный квест и вносили оживление в студенческие вечеринки для начинающих ценителей элитного алкоголя. Чтобы родители не знали об очередном успешном завершении миссии, бутылки с коньяком возвращались назад, с черным чаем. Уже очень скоро почти во всех бутылках вместо благородного коньяка плескался не менее благородный по цвету чай. Родители не могли заметить подмены так как не пили, а держали ценные бутылки на «подарок нужным людям». Во времена моей юности, дарить чай считалось тоже, своего рода, изысканно. Папа работал в руководстве чайной фабрики. Все привыкли к красивым подаркам — банкам со слониками. Теперь, банки со слониками иногда дополнял готовый чайный продукт в коньячной посуде. Не известно радовал ли «нужных людей» чайный напиток с пятью звездами, но никто не жаловался.

Для пущей убедительности «К чему приводит алкоголь» родители использовали наглядные примеры из жизни. Плохо пахнущие мужички с помойки казались мне явлением инопланетным, к реальной жизни не относящимся. Каждый раз, когда мы проходили мимо, мне объясняли: «Вот до чего доводит спиртное!» С таким же успехом можно было предложить мне изучать обычаи жителей Футурамы. Там, последние жители мужского пола умерли от непонятного сну-сну. Как это меня касается?

Но больше всего мама любила пугать Клавой с четвертого этажа. Будешь пить, станешь как Клавка! Глядя на Клавку я понимала: «Пить придется, уже ради красных бус – стоит!». Для мамы, Клавка была персонажем крайне нарицательным. Я же никак не могла взять в толк, что плохого в Клавкиной жизни. Однажды я спросила об этом маму. Мама ответила, «ну как же ты не понимаешь? Она падшая женщина! У нее нет смысла в жизни. У нее нет ни мужа, ни детей, ни работы. Вся забота — выпить и погулять». Про падшую откуда-то женщину я не поняла, а из остального сделала вывод, что мама завидует.

У Клавки всегда было отличное настроение и здоровье. Папа на этот счет вывел целую парадигму. Согласно парадигме, алкоголики не болеют обычными болезнями, не мерзнут в стужу, не переживают вообще ни о чем. Иными словами, высшая каста человечества и те еще сволочи. Клавка дружила со всем двором. На этот счет родители говорили «неразборчивая в связях». Связи вереницей ходили в наш подъезд. У Клавки не закрывались двери: из квартиры слышался смех, музыка. Иногда неразборчивые связи ругались, били друг друга и Клавку. Такое поведение называлось пьяный дебош и к нам приезжала милиция. Мордобой, КПЗ и истории, рассказанные шёпотом, по всему двору, добавляли шарму Клавкиному образу. После очередного дебоша Клавка ходила с синяками, с венком из одуванчиков вместо прически, могла заснуть на чужой скамейке. Мама говорила «догулялась» и еще что-то про подзаборную. Именно тогда до меня стал доходить смысл «падшая женщина» — женщина упала с забора головой в одуванчики. При всех Клавкиных достоинствах, представлять маму, да и себя «падшей» не хотелось. С тех пор немного боюсь одуванчиков и избегаю перелазить даже через детские ограждения. Хоть чему-то эта жизнь научила.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *