Uncategorized, Польша

польский триллер

Я сидела перед голубоглазым полицейским в цепочке и белой майке и очень стеснялась за облупившийся лак на ногтях. Вид после отдыха на природе оставлял желать лучшего.  По бегающему взгляду полицейского было ясно, что никакой симпатии ко мне он не испытывает. Это расстраивало. Не давало сосредоточиться на главном. Главным была моя злосчастно утерянная сумка. Я, лохматая женщина с ободранными ногтями и пыльными ногами в сланцах проявила преступную халатность.  Ну, это по версии полиции так складно выходило. По моей версии, сумка была украдена средь бела дня на вверенной голубоглазому мачо территории. Я попытаюсь восстановить события предшествующие романтической встрече в полицейском участке польского городка.

На редких солнечных выходных мы снова оказались в Польше. Туризм с семьей на лоне природы. Лоно природы символизирует  озеро с очень плакучими ивами. Отель под ивами замечательный  даже по немецким стандартам. Мы там слишком часто бываем. Бываем как одни, так и с  компаниями друзей. Видимо нам там,  что-то особенное нравится. Я  немного подозреваю, что это цены и близость к Берлину. Друзья говорят, что они ездят исключительно из-за кондитерской — чтобы объестся  тортами и наблюдать за лебедями на безмятежной глади озера. Некоторые до сих пор очень ценят польский трикотаж и умудряются находить местные изделия кожгалантереи не лишенными прекрасного…

Наши восторги по поводу местечка быстро распространились среди любителей туризма вдоль немецких границ по восточному флангу. Теперь в отеле мест  не бывает, а если бывает, то стоимость за номер повышает чувство собственного достоинства как владельцев отеля, так и постояльцев. Немыслимые аншлаги  сделали свое дело.  Индустрия туризма обеспечила процветание отдельно взятому городишке и озолотило владельцев отеля. Я считаю, что все благодаря нам.

Вязкие, болотистые дорожки вокруг озера превратились в асфальтные променады c урнами и фонарями арт-деко. Домики-развалюшки на берегу озера обернулись  в шикарные виллы с приусадебным хозяйством. Там за изящными заборчиками пасется конь и корова. Зазевавшиеся куры убегают по променаде от чужой веселой собаки.

Центр городка тоже не отстал в развитии. Кондитерская, с обслуживающим персоналом — дородные тетки, вечно отмахивающиеся от мух и вытирающие руки о несвежие фартуки, сказала решительное "нет" антисанитарии. Мухам  приобрели липучки для висения под потолком. Не остановившись на достигнутом, безрадостным теткам приклеили белые кокошники, похожие на вырезанные из листочков снежинки. Заставили улыбаться входящим. От снежинок продавщицы стали  изящнее и оттаяли душой. Чувствуя легкость в теле, они спрашивают нараспев  "чо че пан?" (чего пожелают господа?). Господа  всегда желают торт безовый и каву. Торт безовый берут все. Берут много и про запас — в больших белых коробках. Торт катается внутри коробки и сама коробка становится  съедобной по краям. Зато кава вкуса отвратительного. Сервис ориентированные кондитеры еще не придумали что бы подмешать в ужасную каву для вкуса кофе.  Везде в Польше так. Мне кажется в СССР, в школьных столовых нам  тоже каву наливали. Я росла уверенной, что ненавижу кофе. Кстати, торт-безе под названием "Графские развалины" мама тогда тоже пекла. Варила сгущенку 3 часа на медленном огне, макала безешки в вареную сгущенку и лепила белый замок любой высоты и формы. Тот  торт из детства был ни чуть не хуже… Немка, секретарша на работе, опытная в заказе воды на фирму, раз попробовала безовый торт, привезенный сувениром из Польши. "Что за чудо-торт"- говорит. Я отвечаю: "Графские развалины называется!" Она удивленно по-немецки: "Я вас правильно поняла, вы называете этот торт Руинами, оставшимися от Графа?" Я все время вспоминаю этот эпизод когда открываю коробку и вижу торт, декадентски размазанный по стенкам.

 А рядом с кондитерской магазин модной польской одежды. По-польски магазин — Склеп. Склеп с покосившимися дверями прикупил китайский ширпотреп и украсил яркими тряпками пыльные фасады. Вслед за усовершенствованием дизайна экстерьера, поблекшую вывеску "Sklep", сменили на  золотую с вензелями "Бутик". Бутик сразу привлек неравнодушное к модным тенденциям  местное население. Вслед за городскими модниками, в бутик потянулись снедаемые провинциальной скукой и привычкой делать покупки в местах отдыха, немецкие туристы.

Салон красоты "Уроды" ( именно так с польского переводится "красота") переживал эпоху возрождения. Плакат "Уроды" встречает уже на подъезде к городу. И потом еще раз, на перекрестке всех трех, имеющихся в городе дорог. Салон ввел стойку регистрации клиентов с компьютером и посадил за него девушку с рекламного плаката. Девушка, зная о своей  красоте работает лениво, но ее все равно любят за известность и гламур.  Немецкие туристы, не равнодушные к любым экспериментам на отдыхе и ранее не подозревавщие о существовании красного цвета в макияже, желают стать красивыми, как девушка с ресепшена. Украшенные в салоне "Уроды" и приодетые в "Бутике" счастливцы  чинно идут пить каву в кондитерскую. Круг замыкается.

Городская ратуша освежилась вдруг заработавшими перед ней фонтанами. Главное украшение города, по версии моего сына, — этакая мини-царь-пушка заблестела дулом на солнце, особенно в местах постоянного хватания руками. Есть такие люди, которые трут все попадающиеся на пути памятники и верят в скорое исполнение желаний. Почему-бы пушке и не испольнить парочку? Думаю, что пушка может выполнить единственное желание —  бабахнуть по кондитерской или Бутику по настойчивым просьбам обиженных конкурентов с переферийных улиц. Девушка с плаката и ресепшента по совместительству тоже трет пушку каждый раз, когда проходит мимо. Трет просто так, любуясь своим отражением в золоте.

Некоторые вещи в городке остались неизменными. Маленький рынок сельхоз продукции, выращенной на огородах, близ озера, пользуется неизменной любовью био-ориентированных туристов.  Несомненное био происхождение пучков морковки и редиса подтверждается свисающими с ботвы и просто так комьев очень натуральной на вид грязи. Взрощенный на курином помете кабачок-патисон отвечает всем требованиям безопасности для окружающей среды. Озабоченно кудахтающий производитель удобрения ходит здесь же, по прилавкам и щедро продолжает начатое дело и на других сельхоз продуктах. Рядом потспудные товары народного хозяйства — терки, сковородки, почему то мочалки и тапочки из яркой пластмассы с мехом внутри.

Прямо и направо от рынка сетевой польский супермаркет "Бедронка". В Бедронке все необходимое для жизни местного и приезжего люда — богатый выбор алкоголя в ассортименте. В Бедронку ходят все не смотря на статус, приверженность моде, вероисповедание и любовь к органическим курицам и тапочкам с начесом.

Мы, как гордые родители,  тихо радовались успехам, вскормленного нашей рекламой, кусочка Польши. Стереотипы о польских особенностях, якобы какой-то особой любви к чужому добру не давали расслабиться много лет. Ни чем не подтвержденные утверждения, в итоге, привели к потере бдительности. И только потеряли бдительность, так сразу и поплатились! Поплатились почему-то, моими вещами и документами. Взамен получили расширенные познания польского языка и совершенно не прикладные знания о работе польской полиции. Исходя из составленного этой самой полицией т.е. паренм в майке протокола выходила потрясающая воображение информация о том, сколько всего может находиться  в маленькой дамской сумочке. Как оказалось в последствии,  протокол был составлен  не досконально. Недели после инцендента я продолжаю дополнять список пропавшей навсегда собственности. Список явно to be continued так как дамская сумочка это вам не из пистолета по преступникам палить, тут целые миры и затерянные цивилизации, неожиданные сюрпризы из прошлого и places of no return… Парню в майке, да и мужу моему такие материи слишком тяжело даются. Муж, от невозможности постичь, называет "бардак в сумке". Я на глупости не обижаюсь. Парень в майке ничего не говорит, но качает головой и думает, что женщины дуры, а мой муж, да и все мужики молодцы потому что носят имущество в кармане. Им так удобнее руками махать при ходьбе. В кармане ничего не теряется, только карман иногда сильно выпирает, как неприличный рудимент, который к тому же перекашивает штаны на одну сторону и вниз. Внезапная легкость в штанишках сигнализирует мужчине об опасности — возможной утрате личного имущества. Личное имущество  мужчины — бумажник и ключи. Больше мужчине ничего не надо. Остальное носит в сумочке специально обученная женщина — его жена.

Продолжение следует на днях

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.